Моей лучшей подругой в этом городке, что оканчивался в океане островом Портленд, была Келли Ричардс, 40-летняя хозяйка маленькой гостиницы с громким названием “Адмирал”.
Взбалмошная, веселая, остроумная, с жесткой “металической” стружкой рыжих волос, она любила выпить водки, обладала удивительной способностью к языкам, хорошо играла на гитаре и моментально располагала к себе. Келли была моей ученицей в колледже для взрослых.
Дружба наша началась с одной из моих простуд, когда она пришла проведать заболевшую учительницу, естественно без всякого звонка или приглашения, но зато с тортом, живыми омарами (их можно было совсем недорого купить в гавани у рыбаков -“У тебя найдется большая кастрюля?”) вином и “фильмом про русских” для развлечения, и наполнила мой дом хрипловатым смехом, сигаретным дымом и веселой флотской бесшабашностью. “Фильм про русских” оказался “Скрипачом на крыше”.
Омары оказались полными какой-то отвратительной зеленой субстанции, которую мы вычищали чайными ложками, изнемогая от беспричинного смеха.
Гостиницу ее я прозвала “Адмирал Бенбоу” (Келли это нравилось).
Это был большой, высокий, чопорный викторианский дом, с черными чугунными балконами, витражами, сквозняками, и постоянно воющим ветром в каминных трубах. Он стоял на самой вершине откоса, из окон виднелись скалы Портланда, знаменитая Портландская тюрьма и песчаная Чезильская коса, таящая множество костей динозавров.
Это был странный город, контрабандистский и пиратский, который полюбился мне с первого взгляда, и иногда снится до сих пор.
Там жили умные вороны, которые питались крабами. Они брали крабов в клювы под определенным углом, поднимались с ними на сравнительно небольшую высоту и швыряли их на камни, потом выклевывая из расколотых панцирей мякоть…
Келли в молодости служила офицером в Королевском флоте. Все в ее семье поколениями служили в Королевском флоте. Она оставила службу, тоже выйдя замуж за военного моряка. Какое-то время он попробовал себя в роли хозяина гостиницы, но это ему не понравилось, и он вернулся на флот.
У них были две совершенно разные дочери - одна румяная и хохотушка, другая - высокая и бледная как картофельный росток. Обе учились в дорогих частных школах и к родителям приезжали только на каникулы, по нескольку раз в год - на Пасху, Рождество и на лето, и за это время успевали навить из во всем потакавшей им Келли несметное количество веревок и канатов.
Однажды летом мы сидели в гавани, в небольшом кафе на тротуаре, в окружении яхт и странных магазинчиков, где продавались всякие приспособления для рыбной ловли и водолазного спорта, а в витрине покачивалась сухая, колючая, раздутая рыба-паффа, и Келли сказала: “Будет ветер.” И когда он поднялся, и металлические тросы парусной оснастки стали стучать о металлические мачты, она рассказала мне, как все эти утлые катерки спасали армию с пляжей под Дюнкерком… Рассказывала так, словно сама поыла на этих катерах... Пошел дождь, он капал в вино. Она смеялась и говорила, что если мы не побежим под крышу, а так и будем сидеть и смеяться под дождем и слушать концерт тросов и мачт, то это называется “дух Дюнкерка”.
Когда мне говорят о чопорных англичанках, я смеюсь и вспоминаю бесшабашную Келли, в ней было что-то стивенсоновское.
Она сразу почувствовала во мне родственную душу и обожала брать меня в опасные экспедиции. Мы плавали на моторном катере, стареньком, уцелевшем от Дюнкерка, который ей одолжил какой-то знакомый, до острова Портланд, она за рулем, забирались в заброшенный портландский маяк, от которого она где-то раздобыла ключи. Это очень опасное место - Portland Bill. Говорят, там на дне такие наслоения разбитых кораблей, начиная еще с Испанской армады...
Однажды, в октябре 2001 года, она пригласила нас с мужем на вечеринку к себе в отель. Муж Келли, Брайан, предлагал напитки, все веселились.
Несмотря на штатское, в мужчинах явно угадывалась флотская выправка. Некоторые из офицеров выглядели совсем мальчишками.
Они говорили о каких-то незначащих вещах.
Потом мы играли в тщательно подготовленную Келли настольную игру “таинственное убийство”, по мотивам Агаты Кристи. Нам нужно было угадать, кто убийца. Выиграл один мальчик-офицер, по имени Пол, если не не ошибаюсь, ему помогло внимательное отношение к деталям...
И тут Келли куда-то исчезла.
Я нашла ее во дворе, она сидела на металлических ступенях, увитых вездесущим плющом, курила и плакала.
— Что случилось, Келли?
— Я больше не могу.
— Что случилось?!
— Они ведут себя так, словно ничего не происходит…
— А что происходит?!
— ПРОКЛЯТЫЙ АФГАН, вот что! Это проводы. Они не вернутся или вернутся калеками… И Брайан…
Я обняла Келли, и мы курили, и плакали, и я думала о своих одноклассниках... и вдруг осознала: история замкнулась в странную петлю.
Вот уже во второй раз в своей жизни, уже из совершенно другой страны и другого континента, я провожала кого-то в тот же самый "проклятый Афган", воевать…
"Когда воротимся мы в Портленд,
Нас примет родина в объятья,
Но только в Портленд воротиться
Нам не придется никогда."
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
