О личности в России

"Мы все глядим в Наполеоны;
Двуногих тварей миллионы
Для нас орудие одно"
А.С. Пушкин

"Бернсторф — это голова!
Чемберлен все-таки тоже голова"
И. Ильф и Е. Петров

"<…> личность, как известно, жалкая и ничтожная"
М.С. Паниковский (передано И. Ильфом и Е. Петровым)

"Был культ, но была же и личность!"
Приписывается народу российскому

Дорогой мой Вовчик!

В том же Лондоне, гуляя постепенно, без цели и толку, наслаждаясь солнечными пятнами скверов, любуясь беззаботной уличной жизнью, полными террасами кафе и пабов (пресловутые "streets of London"!), толкаясь в спины туристов — почему-то все больше — китайцев, и едва успевая отвечать улыбками на ежесекундные "Sorry!" спешащих по своим делам лондонцев, попала я на Трафальгарскую площадь, а оттуда, подхваченная разноцветным людским потоком, поплыла — по Уайтхоллу, — в сторону Темзы. Пронеслись справа два всадника Конного Караула, замерших восковыми фигурами в нишах здания Конной Гвардии, фасады Шотландского офиса, Кабинета Министров, Даунинг-стрит, Министерства иностранных дел и Содружества, а поток все нес и нес меня пока не ткнул носом в Вестминстерское аббатство. Здесь я наконец сползла с чьих-то плеч на чью-то ногу, услышала последний раз "Sorry!" и опустилась на травку Парламентского сквера. Вокруг меня сидели, лежали и стояли люди самых разных цветов и размеров; самые маленькие из людей прыгали, бегали, гоняясь друг за другом или за воздушными шариками, и хохотали, повизгивая, вокруг неподвижно застывших, припавших к горлышкам бутылок с водой групп больших людей. Передо мной — Вестминстер с церковью Св. Маргариты, слева Парламент с воткнутым в небо средним пальцем Биг Бена — символом независимой британской политики, — сзади и справа — деревья. За решеткой Парламента — верхом — Ричард I Львиное Сердце и Кромвель, по двум сторонам сквера, противоположным Ричарду и Собору, — памятники Нельсону Манделе, Махатме Ганди и Уинстону Черчиллю и еще десятку Премьеров и министров иностранных дел. Место, Вова, то есть такое, где невозможно не задуматься за роли личности в истории вообще и за то, что такое, собственно, личность.

Нет, пожалуй, вопроса более интересного для широкой публики, как нет и более или менее известного мыслителя, который бы не пытался разъяснить роль личности в истории. Несмотря на то, что есть марксистско-ленинское понимание личности и ее места в истории — понимание единственно верное и окончательное, — буржуазные философы не устают придумывать новые определения единственно для того, чтобы ослабить Россию, отвлечь ее от ее исторической роли и продлить агонию империализма. Я, Вова, не философ, я, Вова, — турист в этой жизни, я сижу на лондонской травке и думаю так: "Ну, вот стоят все эти бронзовые парни тут, окружили меня с трех сторон… полководцы, мыслители, политики… Чем прославились они? Что сделали такого, что благодарные потомки посадили их на коней или поставили пешком здесь, на виду у всего мира и нации? Примером для подражания подрастающим поколениям и напоминанием нынешним политикам, ежедневно проезжающими мимо по пути на работу? Вот, скажем, тот же Ричард — чем прославился этот всадник, кроме того, что был другом Айвенго? Устроил для чего-то Третий Крестовый поход, проиграл его (заключил мирный договор с султаном, так и не "освободив" Иерусалима), побитый и нищий, переодевшись купцом, возвращался в разоренную непосильными налогами Англию и попал в немецкую клетку. Он, кстати, был моим соседом — немцы держали его здесь, под боком, в замке Трифельс без малого год (28.03.1193 — 04.02.1194). Пока он коротал скуку плена, брат его, Джон, вынужден был в очередной раз крутануть тиски налогов — денег выкупить брата у Англии не было. А заплатить надо было всего-то ничего — 100.000 Кёльнских марок[1] — короли тогда были еще в цене. Величина выкупа равнялась двум годовым доходам английской короны. Маме и брату любившего помахать мечом Ричарда пришлось не только все его земельные угодья продать, но и вообще всё, на что сыскался покупатель. До сих пор, Володя, в Англии не сыщешь более или менее ценных изделий того "великого" времени — ни ложек, ни украшений, ни часов швейцарских. Именно тогда и родилась в народе легенда за Робин Гуда — народ, как всегда, боролся с голодом, нищетой и притеснениями сочинением легенд о благородных освободителях и защитниках.

Именно жажда приключений и военные аферы Львиного Сердца, продолженные его Безземельным братцем, и довели Англию до гражданской войны, которая окончилась, как известно, Magna Charta Libertatum[2].

Но я не за них. Бог с ними, со всеми. Я — за Россию.

Всего через 6 лет после принятия Хартии, в далеком от Англии Переяславле-Залесском, у тамошнего князя Ярослава Всеволодовича родился сынишка — Саша, прозванный впоследствии "невским". Александр прожил, как и коллега его Ричард, 41 год; как и Ричард, большую часть жизни воевал, интриговал, покорял; как и Ричард, является рекламной вывеской не только своего времени, но и всего будущего страны. Личность, одним словом. Как и Ричард. Еще и святой, вдобавок.

И вот какие, Вовчик, мысли проходят сквозь мою голову здесь, у копыт Львиного Сердца: были они оба типичными средневековыми сатрапами — Ричард свое прозвище — Львиное Сердце — получил от жителей разоренной им Мессины. Таким простым способом несчастные надеялись остановить многодневное разграбление города и насилие над ними. В Святой земле, под стенами так и не павшего Иерусалима, приказало это "Сердце" вырезать 2700 мусульманских заложников, когда султан на несколько дней запоздал с выплатой "командировочных" — денег на возвращение короля в Англию. Понятное дело, деньги поступили тут же. Мерзости "святого" Александра едва ли поддаются учету и описанию, во всяком случае я не буду тебя утомлять даже теми общедоступными некоторыми, — ты ведь в истории и сам большой.

Дело, Вова, не в личностях, а в нашем, сегодня, к ним отношении. Почему Ричард сидит на своем коне, тычет мечом в небо и ни у кого никаких эмоций не вызывает? Почему англичанам все равно, был ли он гомосексуалистом, правильно или неправильно воевал, какие реформы проводил и до чего довел страну? Почему не только он, но и все его последователи спокойно спят в своих могилах, а история интересует людей лишь на сценах театров, страницах романов, в текстах песен? Почему тень "святого" Александра постоянно с россиянами? Почему до сих пор нет единства в оценке той политики объединения с Ордой, что проводил он огнем и мечом на просторах Киевской Руси?

Ответ на все эти — и сотни, тысячи других вопросов, здесь, на квадрате травы Парламентского сквера. Ответ этот перед глазами; он — в счастливых лицах туристов, криках и смехе их детей, беззаботной, свободной и мирной жизни англичан. Он в том стремлении жителей мира хоть однажды побывать в Лондоне, сфотографироваться у Биг Бена, пройти под колоннадой Британского Музея.

Вот стоят они вокруг меня в нескольких десятках метров друг от друга: бронзовые, те, кто огнем, мечом и интригами строил империю, и те, кто против нее всеми силами боролся. А у них под ногами, перед их глазами — жизнь той самой империи, которой они — каждый по своему — служили. Перед их глазами последствия их деяний. Все они были люди разные, жили в разные эпохи, разными были оценки их деятельности, но в результате стоит одна из самых свободных стран мира, родина современной демократии.

И пред бронзовыми очами Александра — последствие политики, начатой им давно тому назад: рабская, забитая, нищая, озлобленная на весь мир Россия, богатейшая страна, погруженная в бесконечную гражданскую войну, отставшая от мира технически, технологически, научно и культурно. Страна, никогда не знавшая ни свободы, ни равенства, ни уважения к человеку. Страна рабов.

Из Ричарда выросла первая в современном мире демократия, из Александра — последнее в мире рабство.

Вот, Вовчик, и вся разница.

Вот, Вовчик, тебе и личности, и их место и вклад в историю.

И не надо огрызаться: "У них у самих палачи были не лучше наших!" Это, Вова, так… Но — у них получилась Англия, а у вас вышла Россия… что-то палачи российские не так делали и, главное, продолжают делать.

Прости, Володя, за грустное в этот раз письмо — тема большая, я днями еще кое-что добавлю. Может, радужнее выйдет…

Ну, давай, не грусти, — облигации не купили — радуйся: себе больше будет! А вообще, конечно, тебе не позавидуешь: масло растительное еще кое-как техническим пальмовым импортным заменить можно, а вот чем западные капиталы заменить — вопрос. Разве что ролдунами с Панамы… подумай… И, главное, спросить совета не у кого, ну не у Димона же, в самом деле![3]

Это, кстати, тоже за личности…

[1] 23,3 тонны серебра. Потом вошедший во вкус Хайнрих VI, добавил к этой сумме еще 50.000 — за отказ Ричарда помочь войсками в войне против Сицилии. С учетом того, как воевал Ричард в Святой земле, Хайнрих VI выгодно провернул дело!

[2] Великой Хартии Вольностей

[3] Die Welt: "Путин отчаянно ищет миллиарды". Абсолютный позор. Россия хотела получить валюту на рынках капитала, но этот план закончился провалом. Теперь Владимир Путин пытается как-то оправдать фиаско (УНИАН).

Ирина Бирна