В периодических дискуссиях с гомофобами постоянно всплывает старая и затертая тема, что гомосексуализм противен природе человека, потому что не подразумевает (по мыслям геепротивников) размножения. А значит скоро все мы вымрем, если будем позволять в своем обществе эту ересь...

Мысль и так абсурдная, благо множество народов - те же греки с персами, доказали ее неверность своим существованием на протяжении тысяч лет. Но...

Возникает неприятная логическая неувязка. Монашество, к которому большая часть отечественных гомофобов относится положительно и с почтением - дает обет безбрачия. И он не подразумевает не то, что размножения, никаких любовных утех вообще. Но монашество приемлемо и свято, традиционно и уважительно. Хотя понять разницу между мужчиной/женщиной, уходящим в монастырь, чтобы жить только с людьми своего пола и мужчиной/женщиной, живущим с человеком своего пола в миру достаточно сложно. 

Да - одни вместе молятся, постятся и соблюдают обряды, а другие просто любят друг друга, но с точки зрения плодовитости и увеличения количества человеков разницы нет.

Значит, одних гоняем за мнимую "бесплодность и противность природе", а других прославляем, внимаем их речам и проповедям и считаем святыми за тот же отказ от брака и размножения? Причем гей вполне может сделать себе ребенка где-то на стороне, а уж лесбиянка и подавно, в отличие от монахов, которым это запрещено и уставом, и собственными устремлениями.

Вдобавок у нас сейчас активно пытаются бороться с воспитанием детей в однополых семьях, под предлогом того, что ребенок копирует и стремиться впоследствии повторять поведение и установки, данные взрослыми. а значит может стать геем, не наделает детей, страна вымрет и т. д. по списку. Но активно поощряют создание приютов при монастырях. А мысль, что часть детишек побежит в послушники и монахи после выхода из приюта, и не выйдет из монастыря, оставшись бесполезными для решения якобы назревшего у нас демографического вопроса никого не посещает и не смущает?

Несостыковочка.

Андрей Никулин

t.me

! Орфография и стилистика автора сохранены